Несмотря на то, что в аттестате за среднюю школу у него были одни «пятёрки» и «четвёрки», Николай Шаров о дальнейшей учёбе не помышлял. Ребятам его поколения хотелось скорее начать работать, стать самостоятельными. И они стайками шли по проторённым выпускниками прошлых лет дорожкам обучаться рабочим профессиям. Такая дорожка для мальчишек из Ямново была проложена в Балахнинское профессионально-техническое училище № 3. Туда вместе со своими однокашниками отвёз документы и Николай Шаров и уже через полтора года стал слесарем-монтажником теплотехнического оборудования.
На работу был направлен в трест «Центроэнергомонтаж», который базировался в Ижевске, а монтажные работы осуществлял по всей стране. В составе бригады монтажников Шаров устанавливал оборудование на Ярославской ТЭЦ № 1, потом был переведён в город Волжский Марийской ССР. Это были города с хорошими общежитиями, а хотелось романтики. Поэтому и согласились ребята добровольно поехать на строительство ТЭЦ в посёлок Яйву Пермской области, где хватили «романтики» полной мерой.
Жили в вагончиках по пять человек. Летом жизнь на стройке среди молодёжи радовала. В выходные за развлечениями ездили на проходящих поездах в Березники и Соликамск. С приходом осени стало тоскливо от пронизывающего холода и дождей. Отапливались «буржуйкой», которая едва согревала воздух. От резиновых сапог и непросохшей одежды любая царапина превращалась в гнойную болячку. Желания жить самостоятельно поубавилось.
Однажды вечером в вагончике сели писать письмо военкому в Волжск, где числились призывниками, попросились в армию. Вызова ждали недолго, собрали вещички – и в Волжск. Их отпустили по домам попрощаться с родными, а 20 ноября 1962 года Николаю Шарову пришла телеграмма: «Явиться на призыв».
Служить довелось на ракетном испытательном полигоне в Казахстане. Армия стала для Шарова хорошей школой жизни, многое пришлось пересмотреть, переоценить.
Климат казахских степей был суровый: летом – жара до 45 градусов, а зимой – морозы за 30. Мучила дизентерия, поэтому у каждого солдата за поясом была мухобойка, ведь, как известно, именно мухи являются главными переносчиками заразы. Картошки почти не видели. Вместо неё – размоченные сухие брикеты, клейкие и невкусные. Вода привозная. Только в конце второго года службы в военный городок провели водопровод и даже наполнили искусственный водоём, в котором разрешалось иногда искупаться. Зато весной безжизненная степь расцветала яркими красными тюльпанами. Глядя на прекрасные цветы, вспоминал Николай своё Ямново, лесной Керженец, луга и поля. И просилась душа на родину.
В конце третьего года службы в части были организованы для солдат со средним образованием курсы по подготовке в вузы. Для начала написали диктант, и тут сразу выяснилось, что Шаров – один из наиболее подготовленных претендентов. Учителя его выделяли, и он всерьёз задумался о продолжении учёбы и получении другой профессии.
В какой точно момент он решил идти на агрономический – сказать трудно, но к началу экзаменов сомнений не осталось. В сентябре 1965-го Николай Андреевич стал студентом Горьковского сельхозинститута и окончил его в 1970-м. Начало его карьеры совпало со временем выполнения государственной программы поднятия Нечерноземья. Таких денег, как в те годы, село больше никогда не видело.
Ближе к выпуску в сельхозинститут стали часто заглядывать руководители колхозов и совхозов со всей области, подбирать кадры для своих хозяйств. Николая Андреевича Шарова пригласил на работу агрономом центрального отделения М.Е. Крылов, директор совхоза «Балахнинский», позже реорганизованного в «Заречный».
Соблазняли перспективы, нарисованные молодым директором, вдохновляла и его уверенность в успехе. Шарова привлекало ещё и то, что Городецкий район соседствует с Борским, и можно навещать родителей-пенсио-неров. К тому времени Шаров был женат и имел сына.
– Работать с Крыловым было трудно и интересно, – рассказывает Николай Андреевич. – Масштаб работы огромный. Только в моём центральном отделении было 1500 гектаров пашни. Совхоз специализировался на овощах. Капусты сажали 165 гектаров. На заливных лугах она вырастала по пуду вилок. А ещё свёкла, морковь, тепличное хозяйство. На овощах, правда, был отдельный агроном А.Д. Небова. Но мне вскоре пришлось возглавить агрономическую службу совхоза, а значит, в определённой мере нести ответственность за всё.
За счёт государства проводились работы по улучшению земель, делали мелиорацию, строили орошаемые участки. Параллельно шло грандиозное строительство центральной усадьбы. Детский сад, школа, Дом культуры. Как грибы после дождя, росли жилые дома. Как успевал Крылов со всем этим справляться – до сих пор не понимаю!
Руководитель он был умный, энергичный, с деловой хваткой. У него многому мы учились, хотя по возрасту Михаил Епифанович не сильно отличался от нас. Он горел на работе, но и нам тлеть не давал.
В отпуск уходил я зимой – и то на две недели. Когда наступала горячая пора отгрузки овощей, машины грузили все: рабочие, специалисты, культработники. Мы были одной командой, объединённой общим делом. Работая в «Заречном», я очень многое взял для себя. Всё пригодилось, когда сам возглавил колхоз им. 60-летия Октября.
Дела «Заречного» шли в гору. Вскоре стал он картофелеводческим. Были построены хранилище на 5000 тонн, лаборатория, которая выращивала сорта картофеля на безвирусной основе.
Через два года маленькая семья Шаровых уже переехала из деревянного домика в благоустроенную квартиру. Николай Андреевич и Валентина Ивановна были довольны своим положением и ничего менять не собирались.
Предложение перейти на должность главного агронома районного сельхозуправления Николай Андреевич принял под давлением партийных органов. Живую работу менять на бумажную не очень хотелось. Однако жизнь сложилась так, что работать в этой должности ему пришлось дважды в разные периоды. Он рассказывает:
– Сводки, бумаги, отчёты, доклады. Сперва это показалось скучно. Но были и преимущества. Зная положение дел во всех хозяйствах, стал шире смотреть на многие вещи. Это тоже ценно. А если сравнивать два периода моей работы главным агрономом (второй раз в девяностые), то отмечаю большую разницу. В 80-е сельхозуправление не только распределяло господдержку, анализировало работу хозяйств, но могло и поправить руководителя, оказать ему реальную помощь. В девяностые специалисты стали, в основном, статистами и теоретиками. Хотя интересного тоже было много. Активно внедрялись европейские технологии. Меняли технику на зарубежную. Лучшее качество стали получать с меньшими затратами.
Важным этапом в жизни Шарова была работа председателем колхоза им. 60-летия Октября. Крепкое хозяйство требовало большой заботы. К тому же в те времена председатель отвечал за всю инфраструктуру населённых пунктов. Вот где пригодился «зареченский» опыт! Многие объекты уже были построены. Но и на долю Николая Андреевича досталось строительство новой котельной, реконструкция системы энергоснабжения посёлка.
За работой не заметил, как стал уже настоящим городчанином, как выросли сыновья. Оба получили образование, женились, обзавелись детьми.
– Иногда я думаю, как сложилась бы жизнь, останься я монтажником? Честно говоря, не могу уже себе этого представить. Быть ближе к земле, вернуться на село было правильным решением, и я об этом никогда не жалею.
Николаю Андреевичу Шарову исполнилось 75. Он по-прежнему в строю, возглавляет районный Совет ветеранов войны и труда. Хочется пожелать ему доброго здоровья и активного долголетия.
