«Ты думаешь, на войне главное – это убить врага, совершить подвиг? – Нет. Главное на войне – пережить адский голод, смерть людей, знакомых и незнакомых, ужас страха, и при этом остаться человеком». Эти слова были сказаны моим дедом, Василием Ивановичем Моревым, моему, тогда девятилетнему, отцу Сергею Мореву. Эти слова мой отец часто вспоминает, когда разговор заходит о войне, о моём дедушке.
Странным было поведение деда 9 Мая: он не выходил на улицу. Наливал гранёный стакан водки, сверху клал кусок чёрного хлеба и молча сидел за столом. Никто в этот день не смел его беспокоить. В этот день он переживал заново всё, что было связано с войной, потому что забыть такое было нельзя.
В нашей семье хранится фотография, сделанная после войны, примерно в 1947 году. На ней молодой парень в военной гимнастёрке с медалями. Мне захотелось узнать историю этих наград, проследить боевой путь красноармейца Василия Ивановича Морева.
Многое я узнал от отца, Сергея Васильевича, нашёл информацию на сайте «Подвиг народа.ру» в интернете, даже побывал в военкомате. Также пришлось изучить исторические материалы, связанные с событиями войны: блокадой Ленинграда и Курляндским котлом.
Вот что я узнал. Василий Морев был призван в действующую армию 16 июня 1941 года в автобататальон. Он прошёл всю войну, вернее проехал на своей старенькой полуторке без единой аварии, не был ни разу ранен (так берегла его судьба).
Первая медаль на груди красноармейца Василия Морева – «За оборону Ленинграда». Блокада Ленинграда... Самые страшные и героические страницы военной истории. 900 дней и ночей сообщение с большой землёй поддерживалось только по Ладожскому озеру, которое, замёрзнув, стало «дорогой жизни». Именно здесь и воевал мой дед, перевозил из осаждённого города больных, раненых и детей, обратно доставлял хлеб. Насколько это было страшно и опасно, я могу судить по книгам и фильмам, например, «Блокада Ленинграда».
Что такое голод, дед испытал на себе. Военным в осаждённом городе продуктового пайка не давали, а иногда по разным причинам приходилось возвращаться на большую землю через несколько дней. Так и переживал эти голодные дни с ленинградцами, а потом, теряя от голода сознание, садился за руль и выполнял святой солдатский долг – перевозил из города еле живых детей и стариков.
Вторая медаль моего деда – медаль «За отвагу» – была получена в сентябре 1944 года. Этот подвиг дед совершил во время участия в Курляндском котле.
На своей полуторке он всегда был в центре событий: подвоз снарядов и боеприпасов, передача важных сведений, подвоз медикаментов и продовольствия, перевозка раненых. Его грузовик нужен был каждую минуту. Красноармеец Морев выполнял любые задания без нареканий, да и автомобиль никогда своего хозяина не подводил.
Вот информация из наградного листа с сайта «Подвиг народа.ру»:
«Красноармеец Морев на оперативных перевозках показал себя водителем высокого класса, совершая рейсы быстро и хорошо ориентируясь в любое время суток. При боевых действиях 288 СДД при Красногорское, Балтинава проявил мужество, перевозя разведку дивизии. В сентябре 1944 года сделал на своей автомашине по оперативным перевозкам 1475 километров, сохраняя автомашину в постоянной боевой готовности».
Дед рассказал моему отцу одну очень интересную историю, связанную с этими событиями. Однажды ему пришлось взять с собой молодого, по его словам (хотя самому было тогда 24 года, но пройдя всю войну, он сделался взрослым вопреки возрасту), корреспондента военной газеты, который снимал на камеру и записывал всё происходящее.
Произошло это около небольшой реки, на одной стороне которой были наши, на другой – фашисты.
Удивительно, но по общей договорённости на определённые часы было заключено «водное перемирие» для того, чтобы набрать воды, необходимой для дальнейшей жизни тех и других войск. Стрельба во время перемирия была запрещена.
Дед вместе с корреспондентом спустились к реке и увидели на другом берегу немецкий легковой автомобиль, из которого вышел немецкий офицер и его ефрейтор. Дальше всё произошло в считанные секунды. Офицер стал вытаскивать оружие, а ефрейтор пытался ему объяснить, что стрелять нельзя – перемирие. Но офицер нажал на курок.
Красноармеец Морев, закрыв собой репортёра, сделал встречный выстрел. Немец промахнулся, а вот пуля с другой стороны реки стала для него смертельной.
Рассказывая это, дед очень сокрушался и винил себя, что вынужден был убить человека во время перемирия. Осознать это ему было тяжело: пройдя всю войну, он не смог принять смерть, убийство, несмотря на то, что спас жизнь себе и товарищу. Если бы не его смелость и отвага, то и корреспондент военной газеты, и сам дед погибли бы.
Остались бы навечно в чужой земле, и это в самом конце войны…
В 1974 году деда не стало. Я считаю своим долгом сохранить эти воспоминания о родном человеке, чтобы передать их потом своим детям. Военная и трудовая судьба моего деда – это часть общей судьбы нашей великой страны, нашего многострадального народа, который достойно пережил эти страшные испытания и сохранил в себе
доброту, правду и человечность.
Е. Морев
